Политика. Власть. Общество.

Новости, которые вы ждали

«26 человек на технике, 36 — в охране»: как в Афганистане работает совместный с Россией нефтеперерабатывающий завод

В провинции Герат на северо-западе Афганистана состоялся запуск небольшого нефтеперерабатывающего завода — единственного на данный момент частного совместного российско-афганского предприятия. Ведение дел в стране, где фактически продолжается гражданская война, связано с высоким риском. Под силу оно оказалось только бывшему офицеру российской армии. В результате обеспечением безопасности завода занимается большее число сотрудников, чем непосредственно производством. Корреспондент RT присутствовал при перегонке первых литров топлива и пообщался с совладельцем компании.

Открытие нефтеперерабатывающего завода было запланировано на воскресенье, 21 апреля. Однако единственная дорога, ведущая на север к туркменской границе, по которой ехали корреспонденты RT, оказалась заполнена толпой возбуждённых людей в грязных пирохан-тумбонах («защитник тела», национальная одежда афганцев). Длинная колонна грузовиков и легковых машин стояла намертво.

Из-за объявленного властями решения о переносе таможни с окраины в центр города взбунтовались грузчики.

Гератскую таможню называют «золотой»: она даёт добро товарам из Ирана и Туркменистана.

«Общинно-родовой строй, — пояснил сопровождавший нас товарищ Хади. — Теперь эти подёнщики останутся без работы, на новом месте уже набирают людей из района, где будет расположен пункт досмотра».

  • © RT

Протестующие подожгли покрышки. Дышать стало нечем. Впрочем, совладелец  совместной российско-афганской нефтяной компании Погос Погосян успокоил нас по телефону, что на открытие завода мы успеем.

«Думаю, митинг скоро разойдётся. — ответил Погосян. — У афганцев всё чётко, как в Советской армии: война войной, а обед по распорядку».

Так и вышло.

Из зенитчиков в нефтяники

Об армейском порядке Погос Погосян знает не понаслышке. Армянский уроженец грузинского Ахалцихе, в 1981 году он окончил Ленинградское высшее зенитное ракетное командное ордена Красной Звезды училище.

«Служил в Армении в зенитно-ракетной бригаде в городе Артик, после распада Союза в армянскую армию не пошёл, уехал в Россию, — рассказал он, когда мы всё-таки смогли добраться на НПЗ. — Продолжил службу под Питером командиром батареи управления и радиолокационной разведки».

В мирное время капитан Погосян заслужил медаль «За боевые заслуги»: на специализированном полигоне ПВО «Эмба» его батарея четыре раза выполнила задачи на отлично. А потом, в 1996-м, он уволился из армии. По неведомым ему причинам затормозился служебный рост. Денег военным в середине 1990-х платили мало и с большими задержками.

«У меня семья, дети, поэтому жизнь заставила перестать сбивать на полигонах самолёты-мишени и переквалифицироваться в нефтяники, — рассказывает он. — Сначала торговал нефтепродуктами, в том числе и с Афганистаном. А несколько лет назад создали с афганскими друзьями по бизнесу фирму, которая будет производить нефтепродукты непосредственно в Афганистане».

Российско-афганское предприятие Ansar Oil Refinery закупило в России мини-завод по переработке углеводородов и получило все необходимые международные сертификаты. Бизнесмены договорились о поставках газового конденсата из Туркмении.

За установку и наладку оборудования на месте одна западная компания просила $1,3 млн, но москвич Погос Погосян, не только соучредитель компании, но и её главный инженер, за три года перевёз, установил и протестировал всё сам.

«Я по жизни дотошный технарь, — говорит он. — Пока не разберусь, для чего нужен каждый винтик, не успокоюсь. Изучил все механизмы и технологии этого НПЗ».

Бизнес по-афгански

«Мне нужно было получить одну бумагу в кабульском министерстве, — вспоминает Погосян. — Не дают раз, не дают два. «Приходите завтра», мол, а «завтра» в этой стране может означать и «никогда». На третий раз пришёл к этому чиновнику и сказал, что буду жить в его кабинете. Я, говорю, в вашу страну инвестировал большие деньги, завод привёз, который только до конца этого года может переработать 100 тыс. т сырья, а вы мне палки в колёса ставите. Тон у меня был такой грозный, отработанный годами службы в армии, что он понял: лучше подписать. Подписал».

По словам Погосяна, за десять лет командировок в Афганистан и три года проживания непосредственно в стране он настолько освоился, что местные жители не видят в нём иностранца, а принимают за своего.

«Бизнес прежде заставил выучить английский язык, сейчас практически свободно говорю на фарси — на бытовом, конечно, уровне, — улыбается Погос. — По менталитету армянин такой же неуступчивый, как и афганец. А как человек я ничего не боюсь: на всё воля Всевышнего».

Последний подвиг Погосяна в битвах с местными бюрократами — снятие с должности двух крупных чиновников профильного министерства в Кабуле. Все проверки от них заканчивались одним: продукция не соответствует параметрам, низкое октановое число.

«У меня лаборатория на заводе на порядок современнее, чем у них, — возмущается Погосян. — Нефтепродукты, которые мы произвели во время тестовых запусков, покупатели с руками отрывают по цене на $20 выше рынка. Наш А-80 лучше, чем тот А-92, который в этой стране продаётся. На бензоколонках торговцы уже объявления пишут: «русский бензин» и «русский дизель». Хороший то есть! Сколько чиновникам ещё денег надо было занести, чтобы «поднять» октан?»

Никто не верил, что Погосян выиграет в схватке с влиятельными людьми из Кабула. Однако у него это получилось.

А в феврале 2019 года НПЗ пришлось отстаивать с оружием в руках. На предприятие напали хозяйничающие по ночам в Афганистане талибы. Если бы тогда взорвалось около 60 грузовиков с газовым конденсатом, вспышку увидели бы и в городе Герате, и в Туркмении, до границы с которой 80 км. Но мощный ответный пулемётно-автоматный огонь с постов охраны заставил нападающих разбежаться.

«У нас на заводе на технике работают 26 человек, а в охране — 36 бойцов, — говорит Погосян. — Поэтому и бензин в Афганистане такой дорогой. Но такой сегодня весь бизнес по-афгански».

Запуск

«Прости меня, Всевышний, сегодня армянская Пасха и нельзя работать, но ты же любишь тружеников» — после этих торжественных слов Погос Погосян начал включать аппаратуру.

Управляется современный мини-нефтеперерабатывающий завод производительностью 20 тыс. л бензина в час компьютерной мышкой.

  • © RT

Погос Погосян и айтишник из Казахстана Нурлан Андосов перебрасываются техническими терминами «байпас», «ректификация», «вентиль». Печь постепенно нагревает сырьё, и оно поступает в ректификационную колонну.

«Нурик — единственный здесь мой настоящий собеседник, — говорит Погос. — Люди из СССР, мы оба говорим по-русски. Пытаюсь научить русскому Чахала, но пока без толку».

«Чахал» — по-армянски «голубоглазый». У выпускника Кабульского университета Джамаллутдина Джамала глаза именно такие. Он главная надежда Погоса Погосяна, человек, которому он надеется доверить техническое управление заводом. Пока процессы работы НПЗ полностью понимают только «люди из СССР» Погос и Нурлан. Местных подготовленных кадров, разбирающихся в переработке углеводородов, практически нет.

Запуск идёт в спокойном режиме, но требует постоянного внимания. Мышка бойко бегает по задвижкам, и вдруг Погосяну звонят.

Срочная эвакуация

Друзья, знающие нынешние местные реалии, отправляли меня из Кабула в Герат как на спецоперацию. Заставили купить пирохан-тумбон, пуштунскую шапку пакуль и клетчатый платок. Переводчика Ильяса проинструктировали, чтобы он скрутил меня при малейшей попытке выйти за зону, контролируемую правительственными силами.

В Афганистане сегодня идёт настоящая охота на иностранцев. За захваченных пленников талибы или просто бандитские шайки требуют немыслимые выкупы. Становиться товаром мне не хотелось, но и в афганском облачении только слепой не мог определить во мне приезжего кафира («неверного», не мусульманина).

На завод к Погосяну нас с переводчиком вёз не раз доказавший личную порядочность бизнесмен Хади, весьма авторитетный в провинции Герат. На НПЗ персонал тоже проверенный.

Но по телефону главному инженеру передали приказ о срочной эвакуации всех, кроме вооружённых охранников. Поступила информация, что одному из работников-афганцев сообщили: вечером не надо задерживаться на заводе, будет очень опасно.

Пока Погос Погосян с Нурланом Андосовым останавливали технологический процесс, переводчик Ильяс пообщался с по-боевому встревоженными охранниками.

«Они считают, что талибы придут за иностранцем, — сказал Ильяс. — Кто-то вас заметил, вычислил, передал им. Как думаете, Погосян даст нам автоматы?»

Молодого переводчика я успокоил. Но как-то неловко себя чувствуешь, когда из-за тебя останавливают целый завод.

Первыми на мотоциклах в ночь уехали рабочие — по трое на каждом. Следом на легковушке завод покинули афганцы-инженеры. За нами из Герата приехал начальник службы безопасности завода на бронированной Toyota.

Джип, весящий 4,5 т, летел к Герату пулей. Но всё равно эти 20 минут посреди афганской ночи на совершенно пустой дороге назвать лучшими в жизни я не могу.

«Не грусти, корреспондент, — сказал Погос Погосян. — Это не ты виноват, а я. Нельзя армянам в армянскую Пасху работать. Всевышний всё видит! А завод мы обязательно запустим завтра».

До Герата мы доехали без приключений. Армянскую Пасху всё-таки отметили. Как положено, за праздничным столом в ресторане.

Нападения на НПЗ ночью не было. Утром Погос Погосян запустил на полную мощность первый и единственный в Афганистане совместный российско-афганский нефтеперерабатывающий завод.
RT на русском

(Просмотрено 73, просмотрено сегодня 1)
Автор статьи: Irina
@Mail.ru