Для начала зачитали отрывки из Конституции, а после девочки целовались с девочками, мальчики обнимались с мальчиками, а заодно все ходили в мокрых маечках, точно на пенной вечеринке в том же Судаке. За данное действо отвечал Gogol School. Адепты Серебренникова решили завербовать новых адептов. И вышел большой скандал. Ну так что всё это значит?

Разговоры о том, что гомосексуализм в России находится в раскалённых тисках и всячески преследуется, видятся как минимум преувеличенными. Их оставим для Запада, опирающегося на пункт Хельсинкских соглашений — тот, что о защите прав человека. Ведь защищают тех же геев весьма выборочно, используя сугубо как политический инструмент. Не смущает же Вашингтон и Брюссель положение гомосексуалистов в той же Саудовской Аравии, где за голубые игры можно серьёзно так пострадать?

В России — несколько мягче. Да, пропаганда гомосексуализма запрещена, а мировые СМИ стращают «ужасами преследований российских геев» — однако на деле «голубое лобби» чувствует себя более чем нормально. И в некоторых школах детки «учатся толерантности», рисуя мальчиков с мальчиками. Подоспело и действо на «Тавриде». Отнюдь не случайно, а спланировано, в контексте общей логики.

Гомосексуальное было под запретом. Потом стало модным. Охватило «лучших людей». Со временем может быть признано и передовым. В СССР уже проходили нечто подобное, но с другими явлениями. Хотя уже сейчас не секрет, что голубое лобби сильно и в российском шоу-бизнесе, и в политике, и в бизнесе. Да, гомосексуалистам в повседневном быту в России непросто, но они чувствуют себя более чем вольготно в сферах, где куются власть и деньги. О какой борьбе с пропагандой содомии может идти речь, если немало наших власть имущих сами предпочитают мужчин и мальчиков?

Марш ЛГБТ в Европе
Марш ЛГБТ в Европе
(cc) Roberto Gordo Saez

Впрочем, вопрос тут не в том, кого они предпочитают. Замечу, что лично моё отношение к геям абсолютно ровное — более того, я всегда на их стороне, если они подвергаются преследованиям или проявлениям жестокости. Другой вопрос, когда их вкусы навязываются окружающим — особенно подросткам и детям. Навязываются разными способами. И при этом они создают своё государство в государстве, в которое невозможно попасть, будучи другим. Забавно, геи беспрерывно твердят о свободе и равенстве, но зачастую сами отказывают в них. В определённом месте и в определённое время воцаряется диктат гомосексуалистов, ведущих нечто вроде специфической селекции. И это уже совсем иная история, нежели выбор партнёра. Она, эта история, не сексуальная, а социальная и политическая.

Смотрите, господин Рогозин пишет осуждающий твит, в котором называет организатора голубого действа, показанного на «Тавриде» вне программы, подонком. А позднее — ха-ха! — он удаляет свой твит. Боится? Понимает, что произошедшее — не случайность, не чей-то выбрык, а часть вполне конкретной политики, за которой стоят серьёзные люди? Ведь, в принципе, присутствие Gogol School на «Тавриде» и возможность выступить, хоть и вне программы, — спланированное и поддержанное сверху мероприятие. Точно так же, к слову, как и сотни миллионов, выделенных господину Серебренникову.

Называйте вещи своими именами: это и есть пропаганда гомосексуализма за государственные деньги. Точнее — одно из её проявлений. И получается, что в стране нормально, когда есть коррупция и шпионы (в том числе и в структурах, курируемых господином Рогозиным), а вот резко высказаться о гомосексуальных представлениях для подростков — рискованно.

Почему так происходит? С одной стороны, действует упомянутое «голубое лобби». С другой, есть желание властей быть хорошими для всех. Желание, рождённое не благими намерениями, конечно же, а с целью удержания ситуации. Мол, постараемся и тех, и этих удовлетворить, идти, как пишут не лучшие спецы журналистского цеха, в ногу со временем. Однако это изначально проигрышная тактика. Мы её уже проходили. Впрочем, кто образумится, устраивая «Перестройку-2»? Некоторые власть имущие уж слишком обросли салом.

Чиновник
Чиновник
(cc) StockSnap

Это ведь очень странный сюжет, на самом деле. Твердить о скрепах, консерватизме, духовности, но во многих вещах агитировать совсем за иные ценности. Хуже — не просто агитировать, а выделять на подобное гигантские суммы. Сколько у нас получают реальные консерваторы, а сколько различного рода серебренниковы? Не стоит верить в миф о современной патриархальной России — это только для обывателя.

Удивительно ещё и то, насколько зачастую примитивно нам предложенное. Бегают люди, ставят спектакли и рассказывают друг другу, как это гениально. Заодно вещают аналогичное и другим — кто-то верит. Опять же странная история получается: условное меньшинство диктует вкусы большинству, рассказывая, что то серо и примитивно, а ценить необходимо совсем иное искусство. Трудно отрицать гений Жене или Пазолини, но ведь не каждый гомосексуальный актор — Жене или Пазолини. Одно не вытекает из другого, однако нас-то уверяют именно в этом. Мол, поцеловались девочки в мокрых маечках под чтение Конституции — как это интересно!

Наверное, эти ребята не читали «Дневник вора». Они вообще, похоже, ничего не читали, если верят в то, что ими предлагаемое имеет хоть некую художественную ценность. Да, не стоит пропагандировать гомосексуализм за государственные деньги (пропагандируйте тогда любителей кваса, что ли — почему нет, пусть они маршируют), но ещё больше не стоит показывать молодёжи откровенную пошлость. Или они мокрых маечек не видели? Или с подружками никогда не целовались?

Конкурс мокрых футболок
Конкурс мокрых футболок
(cc) Martin Swart

Всё видели, всё знают. Потому подчас охотно соглашаются на подобное. Причиной тому — глупость, которая страшнее злобы. Но, помимо этого, в основе лежит страсть к протесту как единственной форме самоутверждения. Они, эти молодые, мало что способны создавать сами, а вот деконструировать, разрушать — всегда пожалуйста. Вторичность, утверждаемая через жестокость — это про них. Не надо говорить «дяденьки научили» — они и сами всему научены, хотя да, дяденьки постарались.

И произошедшее на «Тавриде» не отличается от происходящего на вписках и в Periscope — разве что на сцене всё куда чуть менее вульгарно и жарко, куда скучнее. А вот происходящее на вписках, где мокрое всё, а не только маечки, где не только целуют, но и насилуют (причём самым мерзким способом) — такая же часть молодёжной культуры, как и буллинг, как и избиения слабых. Гомосексуальная история на «Тавриде» ровно из того же ряда, что, к примеру, убийство инвалида подростками в Берёзовском, как бы странно это ни звучало.

Всё это — упорядоченное стремление к смерти через саморазрушение. Всё это — агония общества, которое должно быть самым развитым в мире, но оно мертво. У них есть гаджеты, деньги, свобода, модные кроссовки, айфоны, форумы, гранты, но нет главного — умения и желания созидать. И если раньше выродки кучковались вместе, образовывая свои анклавы, то теперь им и кучковаться не надо. Своей тушей они придавливают здоровых. Как говорил Антоний Великий: «Наступят последние времена, и девять больных придут к одному здоровому и скажут, ты болен, потому что ты не такой, как мы».

Так что добро пожаловать в эти самые последние времена. Приготовьтесь — будет больно.