Начинается интервью с рассказа о самом Салатенко. «Я до революции («революции достоинства», то есть Евромайдана. — Авт.) и войны (в Донбассе. — Авт.) был экстремистом, уличным экстремистом. Я возглавлял — не возглавлял… участвовал в ряде определенных молодежных группировок, которые ставили своей целью революцию в Украине, национальную революцию… и ее подготовку», — говорит Салатенко.

Мы будем вместе с вами воевать против России. Чему ещё учат украинских офицеров в армии США

Далее по ходу рассказа в кадре показываются некоторые сохранившиеся и опубликованные в Facebook Салатенко фотографии, на одной из которых он запечатлен рядом со знаменем Молодежного националистического конгресса, молодежного крыла бандеровской фракции Организации украинских националистов, на другой — в камуфляжной форме с шевроном УНА-УНСО*. В комментариях к последней фотографии в Facebook Салатенко уточняет, что она сделана в 2004 году. Стоит заметить, что Салатенко 1983 года рождения, так что тогда ему был 21 год, выглядит он на фото очень молодо.

Из старых публикаций в региональных украинских СМИ можно также узнать, что в 2005—2006 годах Салатенко возглавлял городское отделение «оранжевой» партии «Пора» в родных Сумах, дважды, в 2005-м  и 2006-м  избирался от нее в Верховную Раду (и оба раза неудачно). После этого его партийная карьера закончилась, но политическая продолжилась — в формате подготовки к будущей войне с Россией, которую УНА-УНСО, по многочисленным  свидетельствам, активно вела после 2005 года.

Весной 2014 года, как рассказывает Салатенко, «наша (региональная. — Авт.) организация была одной из тех, кто в первую волну мобилизации разносили повестки, потому что военкомат фактически не работал». Вскоре он сам отправился на фронт — сначала волонтером, а в августе 2014-го записался добровольцем в батальон МВД «Днепр-1» и в его составе воевал сначала под Мариуполем, а затем на самом горячем участке фронта — в селении Пески у донецкого аэропорта. Осенью 2015-го в ходе местных выборов Салатенко был избран депутатом Сумской областной рады, но уже через год вернулся на фронт, на этот раз уже в составе горнострелковой бригады ВСУ.

Мы будем вместе с вами воевать против России. Чему ещё учат украинских офицеров в армии США

Нельзя не отметить, что Салатенко — человек умный, идейный, наблюдательный, и хотя и находится по другую сторону фронта, вызывает определенное уважение, в отличие от различных ляшко и кив, меняющих окраску в зависимости от политического климата (вчера «борцы с фашизмом» с георгиевскими лентами, завтра в «Правом секторе»*, послезавтра в партии Рабиновича).

О своем обучении в Штатах Салатенко кратко писал в соцсетях, начиная с мая это года, время от времени публикуя фотографии — некоторые с торжественных мероприятий, некоторые с практических курсов в Форте Беннинг, некоторые с полученными по итогам прохождения курсов дипломами. В интервью он упомянул, что обучение в Форте Беннинг только «в поле» продолжалось 14 недель, то есть с июня (когда он, судя по соцсетям, прибыл туда после языковых курсов) по сентябрь. 16 октября он опубликовал свое фото по окончании обучения.

Но вот своими наблюдениями он делится впервые. Помимо описания разницы в подходах к обучению и в целом построения службы в украинской (наследницей советской) и американской армиях, подробных рассказов о содержании различных курсов в Штатах (по его словам, «там курс на курсе и курсом погоняет»), с точными цифрами по графику, численности людей в учебных подразделениях, нормативам и прочему (что делает память Салатенко в деталях весьма ценной), есть и более важные упоминания.

Стоит уточнить, что в Форт-Беннинге проходят обучение не только американские пехотинцы и нацгвардейцы, но также рейнджеры (спецназ) и десантники. Мне было интересно, были ли там другие украинцы, но по словам Салатенко, во 2-й учебной роте, где он находился, из 180 человек было лишь 14 иностранцев, «мы там были чисто как декорация». Позже он упомянул, что «я один учился в группе, и в предыдущей никого не было, и за мной (в следующей волне. — Авт.) никого не было с Украины, а вот ливанцев… Шесть человек было в моей группе, ливанцы были и впереди, и сзади в учебных ротах».

Итак, к самому интересному.

На 46-й минуте интервью Салатенко упоминает, что в ходе командировки «его начали ценить после того, как командир (учебного. — Авт.) батальона на мотивационном брифинге, в том числе когда рассматривали будущих противников, а один из основных их будущих противников это Россия», упомянул об участии Салатенко в боях в Донбассе.

Салатенко уточняет, что американские командиры в военной школе в Форте Беннинг прямо говорят: «Россия — враг, мы будем с ней воевать. Мы не возможно будем с ней воевать, мы будем с ней воевать».

Тут, конечно, стоит было бы задаться вопросом, кто это ему говорил? Какой-то комбат учебной роты? Разве это показательно?

Оказывается, не только комбат. «Генерал сказал приблизительно следующее, — через некоторое время возвращается к этой теме Салатенко. — Он назвал порядки (очевидно, по убыванию в списке рассматриваемых врагов. — Авт.) — Россия, Иран, Китай, Северная Корея и различные радикальные группировки по всему миру».

А что это за генерал? Перед этим Салатенко упоминает, что перед ними в ходе обучения выступал лишь один американский офицер в таком чине, это бригадный «генерал Ходни, командир пехотной школы».

«Они скрупулезно анализируют все, что касается вооружения, постоянно сравнивают его со своим», — добавляет он. И говорит об услышанном от американских наставников: «У Соединенных Штатов, свободного мира, назовем, есть враги, с которыми надо воевать. Не мириться, не ходить обнимать их, не просить их о чем-то. Мы будем с ними воевать! Не в этом году — в следующем году! Нет — так через 10 лет! И вы готовьтесь, вы обязательно в этом будете воевать! Вот основная доктрина американской армии».

Он добавляет: «Когда что-то не получалось, ко мне подходили и говорили: Семен, ну ты постарайся, нам еще ж вместе с тобой воевать, мы в одном строю будем воевать».

Еще одна выразительная деталь по поводу подготовки США к войнам с врагами: «Они понимают, что бить надо на упреждение, тогда ты избежишь войны на своей территории, тогда бомбы будут падать не на твои дома. Этот урок, они, наверное, вынесли после (атаки террористов на Нью-Йорк и Вашингтон. — Авт.) 11 сентября (2001 года. — Авт.)».

Можно возразить, что мотивационные заявления «мы будем вместе воевать с Россией или Китаем» нужны лишь для поднятия духа обучающихся иностранцев. Однако, о том, что американская армия готовится к войне с более серьезным противником, нежели ранее противостоявшие им легковооруженные боевики, свидетельствует целый ряд упомянутых Салатенко моментов, отмеченных в ходе обучения в Форте Беннинг.

Первый: «Они восстановили штыковой бой. Как минимум три раза (за время обучения. — Авт.) ходили в штыковую атаку. Они считают, что их будущий противник, о котором мы уже говорили, имеет хороший бронежилет, значит, весьма вероятна возможность ближнего боя».

Второй, связанным с этим же: «Они переходят на калибр 6,5 (миллиметров. — Авт.), на который должны перейти до 2029 года. Это не является секретом… Они этот калибр испытывают, постоянно идут стрельбы в Форте Беннинг». Новый патрон будет иметь большую пробивающую способность, чем 5,56 мм у винтовки М-16, ранее хорошо зарекомендовавшая себя в войнах с партизанами и террористами в джунглях и пустынях.

Как видим, действительно интересное интервью с очень ценными деталями.

* Деятельность организаций запрещена на территории РФ
Украина.ру